Поиск
  • Гуленкова Александра

Молочные реки, кисельные берега

Пост обновлен февр. 9


Появляясь на свет, младенец сталкивается со своей уязвимостью – он больше не часть маминого животика, его не окружает перманентно теплое и кормящее чрево. Окружающая его действительность оказывается довольно агрессивной и новой для него, к чему приходится приспосабливаться. И в это же самое время маленький человек посредством кормления вступает в первый в своей жизни контакт с окружающей средой. Этой средой, как правило, оказывается его мама, тоже теплая, заботливая, но другая нежели утроба. Мама реагирует на плач малыша, как на сигнал о его потребностях: в еде, внимании, сне, комфорте. В этот период младенец всецело зависим от матери и крайне уязвим, а кормление для него единственный способ выжить. Через этот процесс малыш также получает первое в своей жизни общение. Стоит также отметить, что кормление является не только инструментом и моментом встречи мамы и малыша, но и одновременно своеобразной границей между ними, на которой они «встречаются» и контактируют. Если изначально ребенка прикладывают к груди, то со временем малыш и мама отдаляются друг от друга в кормлении: появляется бутылочка, затем прикорм, позже происходит отказ от грудного вскармливания и полный переход на продуктовое питание (с определенным ограниченным перечнем продуктов), где малышу предлагают время от времени пробовать брать ложку в руки, чтобы в конечном счете полностью доверить ему этот процесс. Ценность таких навыков не только в развитии самостоятельности ребенка, уменьшении вовлеченности мамы в этот процесс, но и в усваивании маленьким человеком особенностей контактирования со средой, выстраивании собственных границ. Таким образом, происходит переход от «МЫ» (единство матери и ребенка) к «Я-сам» (потребность малыша в проявлении самостоятельности). «Впитать с молоком матери» означает усвоить какие-то нормы с раннего возраста, именно так и происходит у каждого человека в детстве – закладывается фундамент для формирования дальнейшей жизни малыша. Это самый архаичный и базовый уровень нашей психики, который находится вне зоны нашего осознавания, но оказывает определенное влияние на то, как мы выстраиваем границы в своей взрослой жизни, общаемся с окружающими, насколько можем доверять или не доверять близким.

Кормить или не кормить, вот в чем вопрос

Люди, испытавшие сложности в своем младенчестве, переходя от зависимости к самостоятельности, в большинстве случаев подвержены нарушениям пищевого поведения. Речь не идет о людях, которые ситуативно поменяли рацион во взрослой жизни, пусть даже на год или два (командировка, развод, смерть близкого человека). Дело в том, что переедать ситуативно свойственно практически всем людям, и у многих в определенных условиях могут сформироваться нездоровые пищевые привычки. Однако при небольших изменениях: иногда в рационе, иногда в физических нагрузках – вес и тело приходят в норму. Говоря о пищевом нарушении, зачастую, мы имеем ввиду те сложности, которые впервые проявляются в подростковом возрасте, реже в ранней взрослой жизни и еще реже во взрослом возрасте. Они характеризуются сокращением приема пищи, сильным перееданием или чувством крайнего неудовольствия, озабоченностью по поводу своего веса или тела. Здесь опыт манипуляций с едой, отношения матери со своим ребенком в раннем детском возрасте и младенчестве, сопровождающие процесс кормления, находят свое отражение. • Если мама улыбается только, когда младенец ест, а остальное время дает понять, что она недовольна – ребенок усваивает, что именно кушая можно получить мамину любовь, что может послужить в будущем бесконтрольному перееданию и набору веса. • Если же мама старается включать в процесс кормления другие предметы – игрушки, просмотр мультиков и прочие отвлекающие маневры, отправляя в рот малышу ложку за ложкой, то в будущем это может отразиться компульсивным перееданиями и отсутствием возможности отслеживать собственное насыщение. • Если самостоятельность малыша в держании ложки была не поддержана, или, готовность/неготовность ребенка принимать новую порцию (ложку) еды игнорировалась, то, как правило, и в других областях родители не торопятся отпускать ребенка в «свободное плавание». Такой подход в будущем зачастую служит фундаментом для отсутствия доверия к себе и собственным потребностям. Можно говорить с уверенностью, что кормление усваивается и осваивается ребенком не только, как будущая доминанта в организации своего питания, но и в построении отношений с окружающими людьми. Это означает, что то, КАК нас кормили в детстве, мы, повзрослев, кормим себя сами, присваивая эту идентичность; а те особенности во взаимоотношениях с мамой, которые сопровождали питание, получают свое развитие во взрослой жизни и общении с близкими людьми.

По ту сторону еды

В первую очередь поэтому психотерапия нарушений пищевого поведения не сфокусирована целиком и полностью на еде, скорее она является «входом» во внутренний мир человека, ниточкой в запутанном клубке его реакций и поведения. Соответственно у терапевтической работы нет задачи напрямую и постоянно контактировать с симптомом переедания, голодания, контроля своего веса и наполненности желудка, поэтому терапевтический тандем в лице клиента и терапевта выходят в плоскость взаимоотношений. Помочь определить наличие нарушения – одна из задач работы с психотерапевтом, но и при помощи самонаблюдения можно самостоятельно понять, насколько вы подвержены нарушениям пищевого поведения. Среди признаков, выделяют следующие: 1. Пищевой способ самоподдержки преобладает на другими. Испытав стресс или бурю негативных эмоций, столкнувшись с трудностями или только планируя для себя нечто неприятное, человек поощряет себя едой («Закончу разбирать эти бумаги и пойду в буфет за круассаном», «Да, мне придется уволить сегодня 3 человек, но после я обязательно куплю себе коробку конфет», мне так грустно сегодня, давай закажем суши и прочее). Причем, как правило, поводов для самопоодержки становиться больше день ото дня, будто бы кто-то собрал заговор, чтобы ухудшить жизнь этого человека. 2. Концентрированность мыслей о еде, которые преобладают над остальными и, порой, носят характер навязчивости – это и повышенный интерес к диетам, количеству калорий, к известным моделям в мире моды («что съесть прямо сейчас», «что приготовить завтра», «что купить в магазине»). Можно говорить о наличие подобного признака, если такие мысли преобладают не ситуативно (приезд важных гостей, переход на новый режим питания по рекомендации диетолога или лечащего врача) и сохраняются на протяжении нескольких месяцев. 3. Малообоснованное, яркое и моментальное желание съесть что-либо «набегом». Так, после сытного обеда или ужина, проходя мимо витрин со сладким, человек покупает себе не одно пирожное, а сразу несколько, коробку или тортик, покончив с ними в короткий промежуток времени. Этот механизм носит характер срыва, своеобразного «запоя». 4. Устойчивое снижение аппетита на фоне неудовлетворенности собственным весом и формами. Причем как правило, эта неудовлетворенность подкрепляется частыми наблюдениями за собой перед зеркалом, рассматриванием складочек и изгибов. 5. Сниженный уровень или полное отсутствие самоконтроля в еде. Человек не может отказаться от еды, если она находится в поле его зрения и «манит» всем своим видом и запахом. В таких случаях почти каждый прием пищи грозит перееданием, а, скажем, открытая коробка конфет опустошается моментально. Ограничение себя 1-2 штуках кажется невозможным, тогда как желание съесть все превалирует над всем вокруг. 6. Физическое и психологическое состояние близкое к абстинентному синдрому («ломки у наркомана») при краткосрочном или продолжительном отсутствии любимой пищи. Характеризуется это состояние раздражительностью , напряжению в теле, легкой тошноты (подобие «ломки» у наркомана). 7. Триангуляция приемов пищи, что предполагает постоянное и регулярное вовлечение третьих предметов в поглощение еды. Человек даже при желании не может отказаться от чтения книги, просмотра телевизора, выполнения какого-либо дела в то время, когда он ест. При попытке совершить исключение «третьего» возникает дискомфорт, интерес к еде снижается. Это далеко не все признаки нарушения пищевого поведения, но наиболее часто встречающиеся. Нельзя говорить, что наличие одного или пары признаков в жизни человека обязательно свидетельствует о нарушении. Необходимо рассматривать их в совокупности и в длительности проявлений. Особенно важно понять, что в конечном счете получает от них человек: страдания, боль, отчаяние или удовольствие и радость? Не последнюю роль в этом играет телесность и физиологическое состояние человека, которое при нарушении пищевого поведения ухудшается: повышается ломкость ногтей, обильно выпадают волосы, нарушается менструального цикла, сон и пр. Именно этот фактор является решающим при определение наличии и отсутствия показаний для работы с нарушением пищевого поведения, ведь в конечном счете именно здоровье делает нас счастливыми.

Написано для Gaverdovskaya Studio


Просмотров: 36

© 2015-2020 Александра Гуленкова. Сайт создан на Wix.com

Александра Гуленкова

Психолог

Тел: +7 (925) 822 23 40

  • Facebook Clean Grey
  • Twitter Clean Grey